Цели занятия:

  1. Дать понятие о том, что случайные открытия методом проб и ошибок (МПиО) в изобретательстве устарели, и их заменяет теория решения изобретательских задач (ТРИЗ).
  2. Дать понятие о сущности системного подхода («Увидеть за деревом лес»).
  3. Научить применять системный подход в познании природы - как высшего творческого начала.
  4. Дать понятие о химии как об одном из самых сложных и перспективных предметов для решения изобретательских задач, помочь увидеть в химии инструменты творчества - доступные, сильные, изящные.

 

Методические рекомендации к занятию по ТРИЗ.

В начале занятия попросить учащихся привести из истории химии примеры случайных открытий или открытий, совершённых перебором многих вариантов.

Выслушать ответы детей и дополнить их примерно следующей информацией:

Принято считать, что большинство изобретений делается, так или иначе, случайно и даже совсем не по воле их авторов. Действительно, ещё со времен средневековых алхимиков, открывших в поисках «философского камня» много новых и ценных химических веществ, история хранит немало примеров, когда азартная «погоня за призраком» приводила к важным изобретениям, не имевшим, однако, никакой видимой связи с намерениями искателей. Иначе говоря, находили совсем не то, что искали.

 

  1. Так, американский наборщик Хьятт, обуреваемый благим желанием получить искусственную слоновую кость для биллиардных шаров (за это была обещана немалая премия), изобрел в 1863 году первую в мире пластмассу, которая под именем целлулоида получила широчайшее применение и быстро разошлась по белу свету. Ясно, что истинная значимость таких новинок не идет ни в какое сравнение со скромными или, наоборот, чересчур фантастическими претензиями их невольных авторов.
  2. Плиний сообщает нам, что финикийские моряки укрыли во время шторма свой корабль с грузом соды в устье реки. Готовя пищу на песчаном берегу, они подложили куски соды под котёл и развели огонь. Сняв котёл, они обнаружили на песке прозрачную массу, и таким образом было изобретено стекло.
  3. Известна история открытия самого популярного лекарства начала века — пенициллина. Этот жёлтый порошок был случайно обнаружен в заплесневевшей лабораторной чашке, которую давно пора было выбросить в помойное ведро. А. Флеминг, хозяин лаборатории, не отличался аккуратностью, но это тот случай, когда за ужасный беспорядок надо поблагодарить судьбу.
  4. Французский физик Антуан Беккерель, случайно засветив фотопластинки, завернутые в чёрную бумагу, нашёл, что соли урана испускают какие-то невидимые лучи. Нет нужды доказывать важность открытия радиоактивности.
  5. Химик Э. Бенедиктус также случайно выронил стеклянную колбу, загрязнённую раствором коллодия, и, обнаружив, что колба не разбилась, изобрёл небьющееся стекло.
  6. Историки техники утверждают, что даже электродвигатель появился на свет благодаря случайной ошибке электромонтёра. На Венской международной выставке 1873 года при установке динамо-машины рабочий перепутал провода и присоединил их «наоборот». Машина стала работать как двигатель.
  7. Свой щелочной аккумулятор Эдисон получил, проделав 50 тысяч опытов.
  8. Русский химик К. Фальберт после работы в лаборатории допустил неряшливость: не вымыл руки. За обедом все блюда имели сладкий привкус. Вернувшись к работе, заинтересовавшийся химик исследовал рабочие растворы и случайно открыл вещество в пятьсот раз слаще сахара — сахарин.
  9. Уильям Мэрдок случайно, нагревая в чайнике куски угля, поджёг газ, выходящий из носика, и изобрел газовое освещение.
  10. Захарий Янсон, оптических дел мастер в средневековой Голландии, шлифовал стекла для очков. Пытаясь на просвет рассмотреть изъяны шлифовки, с удивлением заметил, как крест далекой церкви словно увеличился в размерах и влез в окно мастерской. Так, случайно сложив выпуклую и вогнутую линзы, он стал одним из изобретателей телескопа.
  11. Рассказывают, будто мысль о расположении атомов углерода в бензольном ядре химику Ф. Кекуле пришла в голову, когда тот был слегка навеселе. Он ехал на верхней площадке двухэтажного автобуса, и ему вдруг представилась змея, кусающая себя за хвост. По другой версии, ему встретился бродячий цирк, в котором везли клетку с обезьянами. Обезьянки, что бы их сильно не трясло на ухабах, держались лапками друг за друга и за прутья клетки, образовав «хоровод». Этот «хоровод» и подтолкнул Кекуле к мысли о циклическом строении молекулы бензола.
  12. Максвелл разработал динамическую теорию газов. В его мысленном эксперименте были два сосуда с газами при одинаковой температуре. Максвелла интересовал вопрос, как сделать, чтобы в одном сосуде оказались быстрые молекулы, а в другом – медленные. Поскольку температура газов одинакова, сами по себе молекулы не разделятся: в каждом сосуде в любой момент времени будет определённое число быстрых и медленных молекул. Максвелл мысленно соединил сосуды трубкой с дверцей, которую открывали и закрывали «демоны» - фантастические существа примерно молекулярных размеров. Демоны пропускали из одного сосуда в другой быстрые частицы и закрывали дверцу перед медленными частицами.

Случайные открытия, но заметьте одну интересную черту! На телескоп набрёл «невзначай» мастер-оптик, пенициллин открыл ученый-медик, сахарин — опытный химик. Уже одно это простое соображение значительно подрывает веру в слепые случайности.

Историю с Кекуле обычно приводили, что бы поговорить о роли случайности. А из опыта Максвелла делали и без того очевидный вывод, что учёному нужно воображение.

Но следует ли отсюда, что многие изобретатели просто счастливчики, которым случайно повезло? Навряд ли это так. Вспомним, что любой технической находке предшествует обычно довольно длительная, порой мучительная стадия поисков. Еще задолго до успеха искатель как бы настроен на верный результат. Такое сосредоточенное, вдохновенное состояние, по-видимому, резко обостряет способность ума выхватывать и анализировать нужную информацию. И достаточно лишь легкого намёка, мимолетного наблюдения, а порой и просто переключения внимания, чтобы возник некий «резонанс» и оригинальное решение загадки явилось вдруг из небытия как бы само собой. Обостренная избирательность и особая зоркость нередко позволяют первооткрывателю добиться цели, пользуясь доступными и широко известными сведениями. Есть такие шутливые стихи В. Бабичкова:

Упало яблоко, задумался мудрец.
Но если б на меня с той яблони упали
Не только яблоки, но даже огурец, -
Навряд ли б что-нибудь вы новое узнали. 

Здесь заключён намёк на самую распространённую легенду о «Яблоке Ньютона». Кстати, сам Ньютон так отвечал на вопросы о том, как он сделал свои открытия: «Я постоянно думал о них… Я постоянно держу в уме предмет своего исследования и терпеливо жду, пока первый проблеск постепенно и мало-помалу не превратится в полный и блестящий свет». В этом признании – одна из разгадок источника внезапных озарений, дарящих великие открытия. Вот почему, безусловно, справедливы слова Луи Пастера: «Не всякому помогает случай; судьба одаряет только подготовленные умы».

Работа упорная, целеустремлённая, самоотверженная – такова цена и причина открытия.

В каждом из нас заложены природой потенциальные возможности, и если мы их не развиваем и не используем, то причина здесь — недостатки нашего образования, неготовность мышления уйти, отказаться от шаблонных, стандартных путей решения задач, в том числе творческих. Хотя большинству людей способность к оригинальному творческому мышлению присуща, и её можно развивать.

Классическим примером направленного поиска, опирающегося в равной мере и на науку, и на практическое чутье служит изобретение динамита знаменитым учёным и инженером А. Нобелем, сделанное им в 1867 году.

Изобретательская задача 5 «Изобретите динамит».

Как обезвредить капризного «самовзрывающегося дьявола» — нитроглицерин.

Решение задачи 5 «Изобретите динамит».

Надо пропитать этой коварной жидкостью какое-либо пористое, химически нейтральное и в то же время дешевое вещество. После долгих, полных опасностей и разочарований исканий А. Нобель остановился, наконец, на диатомите — рыхлой осадочной породе, отлагающейся в озерах из остатков крошечных водорослей. Это и было то, что нужно. «Следовательно,— как справедливо отметил изобретатель,— динамит появился не в результате случайности, а потому, что я с самого начала видел недостатки жидкой взрывчатки и искал способы им противодействовать».

Ясно, что говорить о случайном успехе в подобных довольно типичных примерах, по меньшей мере, несерьезно. Значительно важнее ответить на другой каверзный вопрос: почему к правильным, а порой и гениальным решениям нередко приводят предвзятые и даже заведомо ложные идеи? Уж не объясняется ли это все той же удачей и действием пресловутой «избирательной статистики»? В самом деле, отдельные сенсационные достижения, как известно, долго хранятся в памяти, в то время как неудачные попытки, которым несть числа, напрочь забываются. Вспомним, что при розыгрыше всевозможных лотерей слухи о крупном выигрыше, охотно подхватываемые и раздуваемые молвой, позволяют тут же забыть о массе неудачников, тщетно испытывающих судьбу. Навряд ли, однако, подобные аналогии годятся для творческих процессов, где вопреки голой теории вероятности действуют свои, во многом еще не раскрытые закономерности.

Со времен легендарного Икара, погибшего по преданию при полете к Солнцу на искусственных крыльях, и вплоть до нашего времени история техники хранит память о многочисленных жертвах и катастрофах, связанных с невольными техническими просчетами. Но факт остается фактом: многие «неправильные», или, как ещё говорят, некорректные, предпосылки довольно часто позволяли в старину и нередко позволяют теперь добиваться поразительных успехов, как в теории, так и на практике. В чем же дело? По-видимому, такие идеи, возникающие в нашем, мозгу «сами собой», на самом деле являются результатом подспудной, то есть не контролируемой сознанием, работы мозга.

Покажем, как нас порой связывает психологическая инерция, преграждая путь к тому озарению, которое и становится изобретательским решением. Представьте себе, что вас приглашают передвигаться в несколько раз быстрее пешехода, балансируя на двухколесной педальной повозке. Не будь велосипед уже изобретен, вы, наверное, с негодованием отвергли бы это предложение.

А если бы вам предложили двигаться ещё быстрее с помощью машины, внутри которой каждую минуту происходит несколько тысяч взрывов, ваши возражения были бы ещё громче — такая машина, мол, не только неудобна, но и опасна.

Вполне понятна реакция американских газет, требовавших от полиции привлечения к ответственности шарлатанов: «Утверждения, что человеческий голос можно передавать по обычному металлическому проводу... являются в высшей степени смешными...».

Не верили наши предки и в то, что паровоз может хотя бы в два раза опередить почтовую карету.

Эти барьеры называются гносеологическими (гносеология — от греческих слов «познание» и «учение» — теория познания), и объясняются они тем, что в разные периоды истории в человеческом обществе господствуют теории, до определенных пор подавляющие всё, что с ними не согласуется.

Уж на что мы прогрессивны во взглядах, а допущение о квантовании старости — человек молод всю жизнь, потом мгновенно стареет - признаём лишь в фантастических романах, хотя биологи утверждают, что, найдя способы борьбы со шлаками, накапливающимися в организме, можно продлить молодость. Не исключено, что в третьем тысячелетии это будет нормой, но пока для нас «это невозможно».

«Невозможно» — этот коварный барьер вставал перед людьми в виде гиперсложности, (от греческого «гипер» — «над», «сверх»), когда изобретатель знал, что до него за эту задачу брались великие авторитеты и не смогли её решить. Как часто мы покорно склоняемся перед заблуждениями, разделяемыми большинством. Со времен Аристотеля считалось, что скорость падения тела пропорциональна его массе. А молодой Галилео Галилей сбросил с Пизанской башни ядро и мушкетную пулю, и они приземлились одновременно. Независимость ускорения свободного падения от массы была установлена.

Вспомним удачный ответ Эйнштейна своим собеседникам, удивлявшимся, как можно было открыть теорию относительности, когда все знали, что это невозможно. Великий физик ответил: «Понимаете, все знали, что это невозможно, а я этого не знал».

При решении изобретательских задач мы первоначально осваивали отдельные операции (изобретательские приёмы). Приёмов много и довольно трудоёмко перебирать их для поиска подходящего. Как мы уже знаем, Альтшуллер объединил их в теорию решения изобретательских задач (ТРИЗ). Чтобы освоить эту новую систему мышления, надо определиться с понятием «система» вообще.

Самым главным признаком талантливого мышления является системный подход к изучению природы как высшего творческого начала, т.е. умение увидеть систему в окружающем нас как бы хаотическом мире и умение мысленно переходить от системы к надсистемам, к подсистемам. Образно говоря, когда речь идёт о дереве – надо видеть и лес и листья.

Развитие путём образования и усложнения систем - универсальный закон. Система, развиваясь, становится подсистемой, и развитие живой природы подтверждает этот закон.

Вопрос классу. Приведите примеры ныне существующих живых систем, получившихся из ранее существовавших систем, ныне являющихся подсистемами.

Проанализировав ответы учащихся, дополнить их примерно так.

Лишайники представляют собой объединение по меньшей мере двух организмов — водоросли и гриба, существовавших раздельно, а потом объединившихся и давших новый целостный организм с совершенно новыми экологическими возможностями. Явления симбиоза оказались отнюдь не каким-то исключением. Описаны организмы, состоящие из четырёх разных «доорганизмов», существуют теории о возможности симбиотического происхождения всех зелёных растений вообще. Хромосомы, митохондрии и другие элементы клетки всерьез рассматриваются как элементарные «доорганизмы», объединённые в новое гармоничное целое. Необходимые организму, неотъемлемые от него симбионты в огромном количестве описаны у насекомых – наглядный пример подсистемных когда-то структур.

Демонстрируется таблица «Системное видение мира»

Первоначальный системный анализ заставляет работать не один мыслительный экран с моделью задачи, а три: надсистема, система и подсистема. Но и этого мало – на каждом этапе необходимо видеть линию развития: прошлое, настоящее, будущее (демонстрируется таблица «Линии развития систем» - 9 экранов).

 3 этажа, 9 экранов – это всё предельно упрощённая схема. Настоящее талантливое мышление имеет много этажей вверх от системы (надсистема, наднадсистема…) и много этажей вниз от системы (подсистема, подподсистема…).

Помимо системной структуры надо видеть её будущее (близкое, далёкое…), замедление, ускорение, увеличение, уменьшение, динамичность развития  и т. д.

 

Представим себе эволюционное дерево Дарви­на. Главная черта этого древа: все разветвле­ния направлены в одну сторону, из прошлого в настоящее. Это весьма упрощённая модель. Если допустить кроме разветвле­ния (дивергенции) ещё и слитие, срастание веток (конвергенцию), крона древа обретёт совсем другой вид: соседние веточки могут в любом месте соединяться, да и само древо может оказаться не древом, а частым кустарником. Это и есть то, что можно бы назвать сетчатой эволюцией. Иначе говоря, пу­ти развития и родства, изображенные схемой, могут выглядеть сеткой, а не привычным бесконечным разветвлением. К сетчатой струк­туре системы давно уже обращали взоры старые систематики, её допускал и Линней, отец современной систематики. Эти разные формы сетчатой эволю­ции (скрещивание, симбиогенез и другие явле­ния, приводящие к комбинированию) существу­ют, их невозможно игнорировать.

Если бы амёба обладала даром речи, она могла бы сказать: «Мои предки, одноклеточные, жили на Земле ещё миллиарды лет назад. И сейчас всё со­стоит из клеток. Дерево — это объеди­нение клеток. Человек — тоже. Значит, продолжается эра клеток!» При всём уважении к одноклеточному собеседни­ку мы должны были бы возразить: «У дерева и человека есть свойства, которыми не обладают клетки. Дерево и человек — это система клеток. Так что на Земле не эра клеток, а эра систем...»

«Система — это совокупность взаимосвязанных элементов, обла­дающая свойствами, не сводящимися к свойствам отдельных элементов, и пред­назначенная для выполнения определённых  функций»  (Альтшуллер).

Например, болт (винт плюс гайка) обладает свойством зажимать и удерживать какие-либо детали, но этого свойства нет у отдельно взятых гайки или винта.

Значит главное свойство новых систем – появление новой функции.

В биологии эти функции направлены в основном на выживание.

В технике развитие тоже идёт от «клеток» к системе. Локомотив — «клетка», железнодорожный транс­порт — система. Телефонный аппа­рат ― клетка», телефонная сеть — система.

Войдя в систему, «клетка» работает более эффективно и быстро развивает­ся. Но зато она зависит от системы, не может существовать без неё.

Современная техника — это техника систем. Её «клетки» — различные устройства, приборы, машины — рабо­тают не сами по себе, а в комплексе. Порядки в веке технических систем феодальные. Помните, как было в сред­ние века? Вассал подчинялся сеньору, который в свою очередь был вассалом по отношению к более крупному сеньору, и т. д.

Такая же иерархия царит в мире технических систем. Электрическая лампа — «вассал» системы освещения в автомобиле. Но у системы освещения свой «сеньор» — система электрооборудования, которая тоже входит в «выше­стоящую» систему под названием «ав­томобиль». А сеньор Автомобиль — «вассал» большой системы Авто­транспорт, включающей миллионы ав­томашин, гигантскую сеть дорог, стан­ции заправки, ремонтные мастер­ские.

Каждая система имеет «сеньора» — надсистему. И своих «вас­салов» — подсистемы. Любое измене­ние системы отражается на подсисте­мах и надсистемах. Технические проти­воречия и возникают из-за того, что кто-то забывает об этом: один из «вас­салов» вдруг получает преимущества за счёт другого или за счёт «сеньора». Поэтому необходимо учитывать не только «интересы» системы, данной в условиях задачи, но и «интересы» надсистемы и подсистем.

Задача 6 «Усилить действие пружины». Поставлена за­дача: требуется усилить «пружиня­щие» свойства спиральной пружины, ничего не добавляя к ней и не дробя её. Пружина сдела­на из самой подходящей стали, менять сталь нет смысла.

Решение задачи 6 «Усилить действие пружины». На первый взгляд положение ка­жется безвыходным. Ничего нельзя ме­нять — как же перейти к новой систе­ме?! И все-таки выход есть! Новая система прячется... внутри старой. Мы смотрим на пружину как на «желез­ку», а ведь внутри этой «железки» — целый мир частиц, огромная система, которая есть (она существует!) и которой вроде бы нет (мы её не использу­ем!). Намагнитим пружину так, чтобы над каждым витком был одноименный магнитный полюс. Одноименные заря­ды отталкиваются, следовательно, для сжатия пружины потребуется больший расход энергии. Задача решена, хотя внешне пружина нисколько не измени­лась: мы ничего не добавляли, не дро­били. Мы учли наличие подсистемы и создали новую систему.

Задача 7 «Лампа накаливания».   Одна из самых драматических историй в изобретательстве связана с обыкновенной электрической лампой. Неразрешимое, казалось бы, противоречие надолго затормозило развитие этого технического устройства. Чтобы улучшить качество излучения, сделать свет лампы более похожим на солнечный, нужно повысить температуру нити накала. Но чем выше температура нити, тем быстрее идёт испарение металла: нить становится тоньше, перегорает. Любые попытки найти оптимальное решение отбрасывали инженеров назад: на внутренней поверхности колбы быстро образовывался тёмный налёт испарившегося вольфрама, преграждавшего путь к свету; лампа ещё больше разогревалась, светимость её быстро падала, и нить перегорала. В тисках этого противоречия (надо повышать температуру и нельзя этого делать) погибли сотни хитроумных планов штурма  задачи "в лоб".  Каких только сплавов и легирующих добавок к вольфраму не перепробовали, как только не меняли характеристики тока и температурный режим! И в конце-концов задача была решена. Предложите ваши идеи решения.

После обсуждения вариантов детей вывести их на правильное решение.

Решение задачи 7 «Лампа накаливания».   Формулируем противоречие: вольфрамовая нить должна накаляться, но не должна испаряться. В данном противоречии заданы параметры нового вещества для нити накала.   В науке о сплавах уже научились создавать вещества с заданными параметрами. Но, коли задача поставлена, значит, подобного вещества ещё не изобретено. Придётся искать другой путь, так как избавиться от вредного влияния прямым путём мы не можем. Побочное  вредное влияние здесь - это испарение вольфрамовой нити.

Система «вольфрамовая нить» состоит из подсистемы – «кристаллическая решётка вольфрама», а подсистема «кристаллическая решётка» состоит из подподсистемы – атомов вольфрама. Мало увидеть систему, надо рассмотреть её изменения во времени под действием температуры. Представляем подсистемную модель процесса: под действием высокой температуры атомы вольфрама настолько сильно начинают раскачиваться в кристаллической решётке, что отрываются от нити и улетают. Куда? Всё идёт по законам физики: теплота переносится от более нагретого тела (нити) к менее  нагретому (колбе).  Как обратить вред в пользу? Как заставить атомы вольфрама вернуться назад и "приземлиться" на старое место? При этом желательно, чтобы атомы садились на нить не где попало, а именно там, откуда их больше всего вылетает, т.е. нужно организовать замкнутый цикл по вольфраму внутри колбы.

Физические законы "страшнее" юридических, их невозможно нарушить даже при очень сильном желании. Одну половину цикла (накал и испарение) обеспечивает физика. Другая половина – перенос вольфрама из холодной зоны в горячую и точная "посадка" на нить накала - противоречит физическому закону. Значит, надо "обмануть" его, и поможет в этом химия.

Химические транспортные реакции изучает термохимия в разделе "Влияние температуры на смещение химического равновесия". Твёрдые или жидкие вещества, взаимодействуя с газообразными, образуют сначала только газообразные продукты, которые после переноса в другую часть системы при повышении температуры разлагаются с выделением исходного вещества. Причём перенос может происходить как из холодной зоны в зону с более высокой  температурой, так  и в обратном направлении.  Параметры заданы.  Осталось определить соединение вольфрама, обладающее "транспортными" функциями.

В разработанной у нас в стране мощной ртутной лампе использовали бром (или хлор), добавленный внутрь лампы. Он, взаимодействуя с осевшим на колбу вольфрамом, образует бромид (хлорид) вольфрама, который, испаряясь, устремляется в зону с высокой температурой, разлагается, и вольфрам оседает туда, откуда он испарился. При этом  даже частично разрушенная нить самовосстанавливается в процессе работы, как хвост у ящерицы. Самое замечательное то, что процесс этот не потребляет энергии извне, не требует никаких дополнительных обслуживающих систем - всё обеспечивается безупречным поведением "дрессированных" молекул.

Кроме брома, хлора в новой лампе накаливания в роли "извозчиков" могут работать, как оказалось, и  другие  элементы - йод и даже вода.  Капля воды в колбе лампы - вот и всё решение этой "неприступной" задачи! Сможете ли вы привести  пример более идеальной системы?          

 

Ни в коем случае не решайте изобретательские задачи перебором вариантов. Если же вы делаете именно так, то это значит, что вам попалась задача не в один ход или вы недостаточно полно усвоили химию и ТРИЗ.

Примеры изобретений, в которых создаются новые системы.

Кормохранилища и помещение для скота.   В кормохранилищах постоянно вы­деляется тепло, помещения приходится охлаждать. А помещения для живот­ных, наоборот, необходимо обогревать. В авторском свидетельстве № 251801 предложено объединить эти здания: тепло кормохранилищ будет обогревать помещения для скота.

Снегоход.  Обратите внимание: для образова­ния системы надо соединить объекты так, чтобы появилось новое свойство. Например, если на моторную лодку просто установить снегоход (или мото­цикл), никакого изобретения не будет. Но изобретатель, получивший в США патент № 3 935 832, сумел сэкономить один двигатель: лодка приводится в движение мотором снегохода. Это уже система.

 Двустволка.    Охотнику иногда надо иметь два ружья с разными зарядами — дробью и пулей. Но охотиться с двумя ружья­ми неудобно: приготовился стрелять из одного ружья, а потребовалось вто­рое, надо менять ружья, а времени нет... Связать два ружья вместе? Когда-то  так  и  делали.   А  потом  догада­лись:  в новой системе много одинако­вых частей, можно   их «сократить». В самом деле, зачем «связке» два при­клада?! Лишние части «сократили», получилась современная двустволка.

Авторучка.    И ручка, и чернильница в разных видах, формах, материалах и т. п. известны давно. Но только польский конструктор З. Дембицкий нашёл изобретательское решение: поместил «чернильницу» внутрь корпуса ручки.

Вывод.

МПиО (метод проб и ошибок), как и метод перебора вариантов, почти исчерпал себя. Ему на смену приходит Об­щая Теория Сильного Мышления. Первый шаг в овладении ею – системный подход в видении мира. Развитие путем образования и усложнения систем — универсальный закон.

Вопросы и задания для повторения.

  1. Как вы понимаете выражение «гносеологические барьеры в мышлении»?
  2. Что характеризует совокупность каких либо составляющих как систему?
  3. Что такое система?
  4. В чём сущность системного видения мира?
  5. Привести примеры над- и подсистем у предложенных систем (например, у живого организма, у биосферы в целом, у автомобиля, воды, кислорода, электрона … и т.д., на усмотрение преподавателя).
  6. Приведите примеры изобретений, в которых бы создавались новые системы (это могут быть: любые примеры симбиоза, светомузыка, мопед, атом, молекула, любая социальная группа, примеры рекламы моющих средств «два в одном» или « три в одном» и т.д.)
требования earn to die

Читайте также по данной теме

Яндекс.Метрика